Интересно

Я не могу оградить своих детей от мата. Даже на детской площадке

Сейчас гуляли на большой новой детской площадке, где много детей разных возрастов.

И вот те дети, кто постарше, кто гуляет уже без родителей, филигранно ругаются матом. Так активно мат вмонтирован в их речь, что магия моих неоднократных строгих замечаний действует ровно минуту. А потом опять.

Подростки катаются на качелях в виде такой широкой платформы.

Мой сын с друзьями играют рядом, слышат мат. Я могу их игру переместить куда-то в сторону, но там тоже гуляют подростки, и в их лексиконе тоже есть мат, даже у девочек.

Мой сын вынужденно знает матные слова, потому что он — социализирован. Я не могу его изолировать от всего: от школы, от кружков, от планшета. Сегодня мы даже в регистратуре детской поликлиники наткнулись на мат, ну о чем еще говорить. Впервые, что такое «бл…дь» он спросил у меня, вернувшись из детского сада лет в 6.

Я никогда не слышала, чтобы мат произносил сам Даня. И сегодня подумала, что если услышу, то сильно растеряюсь.
Вот что делать?

Надо ли наказать, возмутиться, пригрозить или наоборот, спокойно отреагировать?

Не думаю, что есть универсальный ответ, но ваше мнение мне было бы интересно.

А на закусочку, вот вам мой старенький, один из первых, постов про мат.

Когда Андрюша был маленький, он подслушал у взрослых нехорошее слово «Бл..дь!» и стал охотно употреблять его в речи.

Бабушка чуть кастрюлю не выронила, когда трёхлетний внук, залезая на табуретку завтракать, уточнил:

— Каша, бл..дь?

Мама схватилась за сердце. Папа сдержался и, не раскрывая рта, процедил, обращаясь к жене и тёще: «Не обращаем внимания, делаем вид, что ничего не произошло».

Папа был хорошим папой, и где-то вычитал, что в возрасте трёх лет не стоит акцентировать внимание ребенка на плохих словах, и тогда ребенок сам перестанет их произносить.

Хуже, если все вокруг бы закудахтали, и стали объяснять Андрюше, что это плохое слово. Тогда бы он гарантированно его не забыл.

Выбранная тактика сработала. Папа очень гордился сыном и своей педагогической прокачанностью. Андрюша, конечно, ещё пару раз употребил это слово в речи, повергая бабушку в предынфарктное состояние.

«Где самосвал, бл..дь?» — спрашивал Андрюша нежным голоском, вопросительно глядя на бабушку карими папиными глазами.

Бабушка мелко крестилась и молча протягивала Андрюше самосвал.

Но спустя пару недель слово безвозвратно кануло в лету, и лексический запас ребенка превратился в безукоризненно-чистый набор милых детских слов, не продырявленный жестким крепким взрослым матом.

Папа делился своей педагогической удачей с коллегами на работе, мама гордилась мужем, бабушка успокоилась и убрала Корвалол в тумбочку.

Перед сном Андрюше полагалась сказка. Сегодня это «Царевна-лягушка».

Бабушка медленно читала сказку, сидя на стуле, Андрюша лежал в кроватке, накрытый одеяльцем, и засыпал.

— Взмахнула, царица-лебедь, одним крылом – глядь, озеро…, — читала бабушка.

— Бл..дь! – обрадовался не успевший заснуть Андрюша. – Бл…дь! Бл…дь! Бл…дь!

В комнату влетели родители и ошарашенно смотрели на сына, скачущего по кровати.
Бабушка тихо встала со стула и пошла к тумбочке за Корвалолом…)))

Автор: Ольга Савельева

Реклама